Стоит ли многое говорить о «Велесовой книге» (ВК), об истории ее находки, о спорах вокруг нее? Все это довольно хорошо известно благодаря трудам немногих энтузиастов, выдавших в свет несколько переводов ВК. Посему, повторять известное не будем. Скажем же об ином. Современное славянское родноверие поначалу весьма и весьма рьяно приняло ВК, многое почерпнув оттуда. Но, первоначальная увлеченность схлынула столь же ретиво, сколь и наступила. Иные общины и по сию пору почитают ВК едва ли не «священным писанием», пользуя цитаты из нее в качестве славлений Богов, другие же – даже не отвергают ее, а попросту не замечают. Волхв Велеслав, для «Вестника жреческого сословия» собирал ответы разных славянских богослужителей по опроснику, в коем был и вопрос о ВК: «Отношение к «Велесовой книге»» Ответы, частично приведенные в «Родных Богах» (М., 2001)[1]{см. примечания в конце статьи}, схожи по существу, занимая среднюю позицию, меж двух указанных крайностей. ВК признается произведением, имеющим несомненную (и, добавлю, немалую!) ценность, ее стоит исследовать на высоком научном уровне и осмыслять в русле родноверия.

Тем не менее о происхождении ВК можно и нужно задуматься уже и сейчас, до произведения этих явно не скорых исследований, причем более серьезно, чем это обычно делается. Возводить текст к далекому девятому-десятому веку, равно как и считать его «белоэмигрантской» подделкой, наивно, хотя каждая из этих версий имеет достаточно доказательств[2]. Вопрос, несомненно, более сложный, ибо и так понятно, что с тех давних лет неиспорченный, целостный текст дойти до нас просто не мог, но и Ю. Миролюбову, одному ли, со товарищи ли, такой труд был бы не по силам. Думаю, мы куда ближе подойдем к истине, если постараемся совместить, примирить эти взаимоисключающие версии. Начать можно не с начала, как это водиться, а с конца всей этой истории, ибо это обусловлено обстоятельствами нашего дела.

Миролюбову попал в руки некий документ, определенно более древний чем его собственное время. Но насколько более древний? Миролюбов по своему усмотрению распорядился сиим нежданным даром Богов, пустив документ под нож. При чтении современного текста ВК легко обнаружить совершенно несхожие меж собой жанры, в одном, казалось бы, цельном произведении. Здесь и летопись событий, и предания, и мифическая предыстория, и теологические суждения, и величания родной веры, и лирико-героические описания битв, переживаний воинов и их посмертного бытия, и восхваления славянского оружия. Смесь народного и книжного слогов, древнейших мифологических представлений и позднейших кабинетных теорий о прародине славян, простонародных древнерусских выражений и коктейля из чешско-польско-украинских лексем. Рука Миролюбова очевидна и, пользуясь его собственными произведениями, можно, в дальнейшем, попытаться отделить «миролюбовщину» от изначального документа, точнее от того, что от него осталось.

Но что это мог быть за документ, столь сильно взбудораживший ум Миролюбова? Пожалуй, это мог быть текст, причем на бумаге или пергаменте, созданный в пределах восемнадцатого века, самое раннее – в конце семнадцатого. На ту пору приходится немало исканий и опытов подобного рода: образованная интеллигенция, а также люди из церковного круга, увлеченно создавала компендиумы по мифической истории славян (естественно, приводя ее в согласие с «библейской историей»). Надо сказать, что, хотя диктовалось все это веянием времени, все же труды их и изыски основывались не на пустом месте, не на голой выдумке. Известно, что и Татищев и А. Я. Артынов для своих собраний использовали источники, не дошедшие до нас, при том источники крайне важные для разъяснения многих спорных вопросов; известно, что составители всех этих «Хронографов» и «Летописцев» использовали народные предания, став, таким образом, едва ли не единственными свидетельствами существования этих преданий.

В свете этого вполне логично допустить, что и у нашего гипотетического текста «до-миролюбовской» ВК могли быть те же истоки. Некий книжный человек, радея за высокую роль славян в контексте мировой истории, вписывая ее туда, свел в своем труде ряд разнородных источников, среди коих и те, что хорошо нам известны. Это предшествующие ему «Хронографы» и «Летописцы», а так же их собственные источники. В то же время, вполне допустимо и то, что родноверческая струя в этом тексте задавалась некими действительно родноверческими документами, дошедшими до нашего писца. Характер этих документов представить себе в целом можно: это те же «Летописцы», записи молений (славлений, заговоров), наподобие сборников 16-18 веков, пророчества (пример таких есть в архиве Державина), сказы-поэмы (наподобие «Слова о полку Игореве» или «Боянова гимна»), возможно также, какая-то переписка или хозяйственные «отчетные книги». Оттуда черпались имена князей, сказы-мифы, представления о пантеоне наших предков, ситуации, цитаты, даже и сам язык. Вероятно, примерно такой подбор документов и обусловил существующее в современной ВК смешение жанров и стилей, помноженное на фабулу нашего гипотетического книжника 18 века и «кабинетную» обработку Ю. Миролюбова.

«Велесовица», шрифт ВК, возможно была использована для написания одного из этих документов, действительно написанного на дощечках – за это свидетельствуют угловатые черты букв. Другие тексты, почти наверняка писаны на бумаге. Ошибки и темные места, вероятно появились в ходе переписывания документов (как переписывали то же «Слово о полку Игореве» или «Хождение за три моря») и при разборе текстов, теми, кто использовал их для создания своих произведений[3]. Что осталось от этих документов в ВК Миролюбова – вопрос, ответ на который можно получить лишь в ходе серьезнейшего и всестороннего исследования ВК специалистами разных гуманитарных направлений. Но в свете вышесказанного, можно сказать: коли было так или примерно так, то ВК отнюдь не подделка, но подлинник, чей характер еще недооценен одними и переоценен другими. А истина – где-то посередине.

Данный перевод не претендует на исключительность трактовки, и за некоторые погрешности его – прошу прощения сразу. Возможно, что многие найдут перевод слишком урывочным, лишенным контекста, возможно какие-то важные строки оказались упущены – Боги весть! Цель сей работы – не самоутверждение в рядах исследователей, а скорее, показание возможности иного (и иных) толкования, а также желание заострить внимание родноверов на тех аспектах ВК, о коих заявлено в заглавии сего труда[4]. Родным Богам – Слава Великая!